Нажмите кнопку "Вход" для просмотра полной версии ленты
Последнее обновление: 09.11.26 12:00
НЕВОЗМОЖНО ЗАСТАВИТЬ ДВИГАТЬСЯ МЁРТВУЮ ЛОШАДЬ, КАК И НЕВОЗМОЖНО ВДОХНОВИТЬ МУЖЧИНУ,ИЗНАЧАЛЬНО НИЧЕГО НЕ ХОТЯЩЕГО И АПРИОРНО ЛИШЕННОГО ЛИДЕРСКИХ КАЧЕСТВ.
Хочет он лежать раненым тюленем на кухне мамы до тридцати лет – не надо трогать очаровательного ребенка, пусть пускает тягучую слюну и, тряся пухлым кулачком, кричит в экран, видя бизнесменов: «Наворовали, мрази!»
Обличил жулье на «Прайвет-джетах», сморкнулся в штору, утер слезу, убедил мир в том, что все богатые люди – упыри, и сладко засопел на перине бабушки, шевеля пальчиками ног в рваных носках. Право, деградировать – «священно».
Тут хоть кундалини по сушумне поднимай, хоть через костер прыгай и родовую силу зови с санитарами и экзорцистами, всё – прах и тлен.
Лег на диван твой одутловатый Ромео, взял пивас, рассказал тебе, как в этом гнилом мире успеха добиваются только уроды моральные, пустил шептуна и уснул в забытьи. Ему хорошо на той ровно социальной ступени, где он был до тебя, не тебе волочь его за хобот в светлое будущее – надорвешься, расплескаешь уверенность в себе и получишь бонусом плохой цвет лица, диарею, поджатые тонкие губешки.
Литвак на одной лекции зло заметил: «У наших женщин есть три сексуальных расстройства: педофилия, зоофилия, мазохизм.
Во-первых, они берут мужчину не в мужья, а на воспитание.
Во-вторых, живут с животными.
И в-третьих – страдают мазохизмом.
Перевоспитать можно одного человека – себя. Надо самой быть статусной. У нас, к сожалению, у большинства женщин психология латентной проститутки: найти богатого мужчину, чтобы кормил. За это они планируют отдаваться. Вещи надо называть своими именами. Я исследовал семьи. На 11 тысяч семей нашлось 3 счастливые. Остальные – это патология, сожительство двух несчастных людей.
Что такое любовь? Это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви. Вот все говорят: некого любить. А умеете ли вы любить? На создание семьи имеет право психически здоровый, духовно развитый и материально состоявшийся человек».
Понятное дело, после слов Литвака дверь с петель сорвало и раздались проклятья, но я согласна с этим постулатом. Семья – удел взрослых, реализованных людей, заинтересованных в развитии друг друга, раскрывшихся, не цепляющихся за фалды пиджака и не виснущих на шее с причитаниями, имеющих общие интересы и смотрящих в одну сторону.
Если ты внутри 13-летний подросток с кучей комплексов и претензий, какая тебе тут семья, родное сердце, если ты суть – психопатка с нарциссическим расстройством личности или несамостоятельный шлемазл в маминой кофте?
Женщины «со сбитым прицелом» выбирают слабых, безвольных великовозрастных детей, о которых нужно заботиться, фактически менять им подгузники, всё время убеждать их, что они гениальные, просто жесткий мир их не понял.
Подавать патроны любимому мужчине, если он отстреливается от агрессивного мира, – «святое» дело, а упавшего в обморок трусоватого поца, которого хватил инсульт от звука пуль, выковыривать из-под плинтуса, взваливать себе на горб и кричать: «Мы справимся, я только до канадской границы тебя донесу, любимый...» – то куда подальше такие качели.
Вдохновлять – прекрасно, только того, кто и без вас уже знал, что ему некомильфо лежать морской звездой на печи тридцать лет и три года и скулить о трудностях.
Запитывать друг друга энергией в паре – здорово, на то вы и пара, а вот теребить за ватник «Николая Семеновича», который в запое и месяц вальсирует на вашу зарплату, и говорит, что устал от тяжести бытия, грешно.
Снимите блестящие рейтузы спасательницы, займитесь собой, своими целями, своей реализацией.
Цапля, тянущая пиявку из болота, засовывающая ей перья в зад и кричащая ей в ухо: «Любимый, ты сможешь летать! Я верю в тебя!» – просто глупая.
Инна Сергеевна
Хочет он лежать раненым тюленем на кухне мамы до тридцати лет – не надо трогать очаровательного ребенка, пусть пускает тягучую слюну и, тряся пухлым кулачком, кричит в экран, видя бизнесменов: «Наворовали, мрази!»
Обличил жулье на «Прайвет-джетах», сморкнулся в штору, утер слезу, убедил мир в том, что все богатые люди – упыри, и сладко засопел на перине бабушки, шевеля пальчиками ног в рваных носках. Право, деградировать – «священно».
Тут хоть кундалини по сушумне поднимай, хоть через костер прыгай и родовую силу зови с санитарами и экзорцистами, всё – прах и тлен.
Лег на диван твой одутловатый Ромео, взял пивас, рассказал тебе, как в этом гнилом мире успеха добиваются только уроды моральные, пустил шептуна и уснул в забытьи. Ему хорошо на той ровно социальной ступени, где он был до тебя, не тебе волочь его за хобот в светлое будущее – надорвешься, расплескаешь уверенность в себе и получишь бонусом плохой цвет лица, диарею, поджатые тонкие губешки.
Литвак на одной лекции зло заметил: «У наших женщин есть три сексуальных расстройства: педофилия, зоофилия, мазохизм.
Во-первых, они берут мужчину не в мужья, а на воспитание.
Во-вторых, живут с животными.
И в-третьих – страдают мазохизмом.
Перевоспитать можно одного человека – себя. Надо самой быть статусной. У нас, к сожалению, у большинства женщин психология латентной проститутки: найти богатого мужчину, чтобы кормил. За это они планируют отдаваться. Вещи надо называть своими именами. Я исследовал семьи. На 11 тысяч семей нашлось 3 счастливые. Остальные – это патология, сожительство двух несчастных людей.
Что такое любовь? Это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви. Вот все говорят: некого любить. А умеете ли вы любить? На создание семьи имеет право психически здоровый, духовно развитый и материально состоявшийся человек».
Понятное дело, после слов Литвака дверь с петель сорвало и раздались проклятья, но я согласна с этим постулатом. Семья – удел взрослых, реализованных людей, заинтересованных в развитии друг друга, раскрывшихся, не цепляющихся за фалды пиджака и не виснущих на шее с причитаниями, имеющих общие интересы и смотрящих в одну сторону.
Если ты внутри 13-летний подросток с кучей комплексов и претензий, какая тебе тут семья, родное сердце, если ты суть – психопатка с нарциссическим расстройством личности или несамостоятельный шлемазл в маминой кофте?
Женщины «со сбитым прицелом» выбирают слабых, безвольных великовозрастных детей, о которых нужно заботиться, фактически менять им подгузники, всё время убеждать их, что они гениальные, просто жесткий мир их не понял.
Подавать патроны любимому мужчине, если он отстреливается от агрессивного мира, – «святое» дело, а упавшего в обморок трусоватого поца, которого хватил инсульт от звука пуль, выковыривать из-под плинтуса, взваливать себе на горб и кричать: «Мы справимся, я только до канадской границы тебя донесу, любимый...» – то куда подальше такие качели.
Вдохновлять – прекрасно, только того, кто и без вас уже знал, что ему некомильфо лежать морской звездой на печи тридцать лет и три года и скулить о трудностях.
Запитывать друг друга энергией в паре – здорово, на то вы и пара, а вот теребить за ватник «Николая Семеновича», который в запое и месяц вальсирует на вашу зарплату, и говорит, что устал от тяжести бытия, грешно.
Снимите блестящие рейтузы спасательницы, займитесь собой, своими целями, своей реализацией.
Цапля, тянущая пиявку из болота, засовывающая ей перья в зад и кричащая ей в ухо: «Любимый, ты сможешь летать! Я верю в тебя!» – просто глупая.
Инна Сергеевна
О ЧЁМ Я ТОЧНО НЕ ПОЖАЛЕЮ.
Когда‑нибудь, оглядываясь назад, я точно не пожалею, что не гналась за совершенством.
Я пожалею, если пропущу тихие моменты с теми, кого люблю.
Мне не нужны бесконечные достижения, чтобы чувствовать себя ценной.
Мне нужна тишина, тепло дома, искренность в отношениях и право иногда просто ничего не делать.
Этого достаточно.
Когда‑нибудь, оглядываясь назад, я точно не пожалею, что не гналась за совершенством.
Я пожалею, если пропущу тихие моменты с теми, кого люблю.
Мне не нужны бесконечные достижения, чтобы чувствовать себя ценной.
Мне нужна тишина, тепло дома, искренность в отношениях и право иногда просто ничего не делать.
Этого достаточно.
